Построение крупнейшей в России ИТ-системы. «Трансмашхолдинг»: 20 лет вместе с «1С»

Управляем предприятием: продолжим нашу беседу и перейдем к итогам вашего 20-летнего пути. Чего вы достигли? Как Вы оцениваете состояние ИТ ТМХ на сегодняшний день?

Анатолий Ушаков: на сегодняшний день мы полностью закрыли все базовые потребности в автоматизации деятельности. «Трансмашхолдинг» (ТМХ) является крупнейшим потребителем продуктов фирмы «1С». Фактически все бизнес-приложения и весь слой финансово-экономического операционного учета в ТМХ и партнерской компании – «ЛокоТех-Сервис» (ЛТС) реализован на платформе «1С:Предприятие». Мы обеспечили возможность развития и эксплуатации информационных систем предприятий двух крупнейших машиностроительных холдингов на горизонте 10 и более лет, исходя из того, что жизненный цикл системы «1С:ERP Управление предприятием» составит 10-15 лет, как это было с «1С:Управление производственным предприятием», которая успешно эксплуатировалась около 10-12 лет. В 2021–2022 годах мы начали следующий цикл развития корпоративных информационных систем.

Тем, кто сомневается в возможностях отечественных ERP-систем или только готовится к переходу, могу сказать: модель распределенного ИТ-ландшафта на базе решений «1С» доказала свою эффективность даже на сложном машиностроительном производстве. Мы готовы демонстрировать реализованные решения и делиться своим опытом.

На сегодняшний день основные ИТ-системы внедрены практически во всех направлениях деятельности, поэтому сейчас в ТМХ происходит скорее экстенсивное развитие ИТ. Эксплуатация любой информационной системы, всегда связана с ее непрерывным развитием, поэтому мы не разделяем весь комплекс работ на отдельные проекты. Важным магистральным направлением нашей деятельности сейчас стала «гигиена» ИТ-систем или их нормализация. Несмотря на то, что все ИТ-решения гармонизированы и достаточно хорошо стандартизированы, возникают отдельные расхождения и ошибки. Мы выявляем их, сопоставляя данные эксплуатации двух систем – управления ТМХ и предприятий, после чего устраняем выявленные несоответствия. По сути, сегодня мы занимаемся «гигиеной» данных, обеспечивая процесс «вылавливания» нестыковок и ошибок.

Хороший пример – система материально-производственного планирования. Мы работаем над тем, чтобы годовые планы не имели расхождений, номенклатурный список оставался актуальным, а ошибки выявлялись на раннем этапе. Это, например, позволяет конструкторам оперативно выявлять и вносить исправления, а службам снабжения своевременно корректировать планы закупок. Мы считаем, что именно «гигиена» данных информационных систем необходима прежде всего в направлении развития ИТ в холдинге.

Также, в настоящее время, еще одно стратегическое направление – искусственный интеллект. Мы активно встраиваем ИИ-инструменты в «1С:ERP Управление предприятием».

– Расскажите немного о Вашем подходе к управлению ИТ-департаментом.

– Наш главный принцип – не отдавать на аутсорстинг ключевые компетенции, от которых зависит бизнес. Они должны оставаться внутри компании. Поэтому ИТ-специалисты должны глубоко понимать бизнес-процессы и становиться полноценными участниками бизнес-команд. Стоит сказать большое спасибо дирекции по экономике и финансам ТМХ, с которой мы очень плотно и тесно работаем последние 15 лет. Именно финансисты и экономисты стали одними из самых активных участников процесса автоматизации при запуске корпоративного шаблона. Вместе с ними была создана вся методическая база автоматизации ТМХ.

– Как вы создавали централизованную дирекцию ИТ параллельно созданию централизованных систем?

– Мы объединили ключевых ИТ-специалистов предприятий холдинга по всей вертикали управления, подчеркиваю, только самых ключевых. А в 2020 к нам присоединились ключевые специалисты из ЛТС. Сорок четыре человека – наш костяк, который держит всю методологию холдинга. Они составляют центральную структуру – Департамент ИТ ТМХ.

Их ценность не только в высокой технической экспертизе, но также они глубоко понимают специфику машиностроительного бизнеса, своим трудом закладывая фундамент и для ИТ, и для бизнес-процессов. Любые значимые изменения мы обсуждаем совместно с бизнес-подразделениями, поэтому наши специалисты становятся экспертами не только в ИТ, но и в экономике предприятия. Сегодня в ТМХ работают около 300 специалистов по «1С», а общая численность ИТ-департамента составляет 900 человек.

– А если спуститься на уровень ниже – на заводы, как на них строится работа?

– На каждом предприятии действует собственное управление информационных технологий, которое обеспечивает первую линию поддержки и частично, примерно наполовину, вторую. Более сложные задачи передают в департамент ИТ ТМХ. Как правило, небольшому предприятию достаточно 1-2 высококвалифицированных специалистов, крупному – до 5-10 человек. Их роли распределяются следующим образом: одни специалисты отвечают за диагностику, другие сопровождают интеграционные процессы, дорабатывают системы и поддерживают оборудование.

– Вы говорили о развитии в области искусственного интеллекта. Как Вы видите перспективы использования искусственного интеллекта в холдинге?

– Уверен, что в ближайшие годы мы придем к тому, что в любую корпоративную информационную систему всех предприятий будут включены инструменты искусственного интеллекта. Сотрудник будет работать в привычной системе, а ИИ станет его интеллектуальным помощником: подскажет оптимальные решения, подготовит предварительный анализ, сформирует документы или рекомендации. Это позволит освободить сотрудников от рутинных операций и передать искусственному интеллекту часть аналитической работы.

– Расскажите, что делается в ТМХ в области искусственного интеллекта?

– Мы запустили корпоративный GPT-чат, чтобы сотрудники могли понять и попробовать, как работает генеративный ИИ. При этом особое внимание уделили корпоративной безопасности: решение активно используется в корпоративном контуре, в том числе юридической службой. Кроме того, мы адаптировали систему с фокусом на то, что необходимо для внедрения ИТ, например, с нормативно-справочной информацией.

Однако, самое ценное на сегодняшний день в том, что мы протестировали модель корпоративно-безопасной нейронной сети и начали применять ее на практике. Например, мы делаем справочник по корпоративным локальным нормативным актам. Мы взяли открытую нейросетевую модель, которая ничему не обучена и имеет базовые общечеловеческие знания и дообучили ее. Мы сформировали базу локальных нормативных актов, нашли «куски» информации и вместе с релевантными вопросами загрузили в нейросетевую модель. Когда сотрудник задает вопрос, этот вопрос векторизуется и происходит поиск по уже векторизованной базе локальных нормативных актов. Например, мы просим: «Составь, пожалуйста, ответ на такой запрос» (это дословно, промт так и делается). То есть системе дается инструкция как для человека – что ей надо сделать. В ответ система выдает фрагменты нормативных актов, которые могут помочь сотруднику составить ответ.

– А Вы сами используете искусственный интеллект в личных целях?

– Да, в личных целях я использую ChatGPT. На мой взгляд, рассуждать об искусственном интеллекте и трендах его развития, не имея собственного опыта работы с ним, по моему глубокому убеждению, абсолютно бессмысленно. И ответы генеративных языковых моделей, конечно, поражают: это какие-то энциклопедические знания, ответ получается абсолютно осознанным. Невозможно сгенерировать такой ответ некоторым алгоритмом. Как следствие, начинает возникать ощущение, что система мыслит. Но это обманчивое ощущение, ведь она построена достаточно просто, если смотреть в целом – это эвристическая модель, она ищет следующее слово исходя из предыдущих и обучена на огромных массивах данных.

– К чему же все это, по Вашему мнению, ведет в дальней перспективе? К сильному искусственному интеллекту?

– Создание сильного общего искусственного интеллекта, на мой взгляд, это философский конец человечества. В обществе только сейчас начали об этом говорить, но у меня уже довольно давно сложилось такое понимание перспектив. Что такое сильный общественный искусственный интеллект? Это самоосознающая себя сущность. И соответственно, если она еще и электронная – то она бесконечно реплицируема. В конечном итоге мы получим полностью автоматизированное производство всего, только это будет производство без участия человека. Автономные и самовосстанавливающиеся заводы. Соответственно, стоимость всех благ, которые мы будем получать, станет равна нулю. А поскольку человеческий труд, как таковой, исчезнет, люди будут активно деградировать. Доля людей, не ушедших в деградацию и продолжающих созидать, будет мизерная – менее 1% от численности человечества.

У нас получилась очень содержательная и интересная беседа. Скажите в заключение, какова Ваша заветная мечта?

Моя заветная мечта – чтобы искусственный интеллект был внедрен во все наши продукты. Я очень хочу, чтобы все наши надежды на искусственный интеллект воплотились в жизнь, чтобы ушел полностью рутинный труд. Верю, что искусственный интеллект очень скоро станет нашим первым незаменимым помощником и самым эффективным инструментом по обработке любой информации, независимо от ее характера и объемов.

Спасибо большое за уделенное время и исчерпывающую информацию о роли, развитии ИТ в «Трансмашхолдинг».

Комментарии 0